О чём шумит Брянский Лес

О чём шумит Брянский Лес

О чём шумит Брянский Лес

27.05.24
Поделиться:
Знаете, что зубры, мощные и опасные, были почти истреблены? Даже волки не решаются нападать на зверя, обладающего сильными семейными инстинктами и умеющего «работать» в стае, защищая себя и своё потомство. А перед человеком он оказался бессилен, и мы могли бы лишиться возможности увидеть зубров вообще, даже не только в дикой природе. Именно на поиски зубров мы отправились в заповедник «Брянский Лес», где нам предстояло погостить у одного потрясающего человека – Игоря Шпиленка.

Игорь Шпиленок – известный фотограф дикой природы и путешественник. Здесь, в Брянском заповеднике, он не просто гость и не просто защитник природы. Все встретившиеся нам сотрудники обращаются к нему уважительно – «Игорь Петрович», – хотя по разговору видно, что многие знакомы давно и достаточно близко.


В 1983-м году, когда процесс организации заповедника ещё буксовал на месте, редакцией «Брянского рабочего» были опубликованы «Письма с кордона» тогда ещё никому не известного учителя И. Шпиленка. Именно эти «письма» стали катализатором процессов, которые привели, в итоге, к признанию ценности «Брянского леса». Несложно догадаться, что именно Игорь Шпиленок и стал первым директором вновь созданного заповедника.


К тому же, сейчас Игорь пересел со своего ГАЗ Садко 4х4 на новый кемпер на базе грузового ГАЗ Соболь 4х4, а значит это отличный повод заехать к нему на нашем Соболе 4х4. Сравнить, так сказать, разные, но близкие по духу и философии автомобили, да и просто обсудить возможности, устройство и применение внедорожных кемперов в путешествиях и в работе фотографа и журналиста.


В доме у «легенды»
Лошади, козы, гуси, утки и два кота, а ещё запущенные в расчищенное у дома озеро рыбы. Игорь показывает своё хозяйство, рассказывает, как проложил новую дорогу в объезд деревни, а у тебя просто не укладывается в голове, что перед тобой не успешный фермер, а заядлый путешественник, которого часто не бывает дома месяцами – работа, поездки по заповедникам, выступления.


Когда подъезжали, Игорь прислал легенду: «Мой дом – единственный кирпичный в деревне». Мы посмеялись – кулак. А выяснилось, что пришлось строить дом из камня, потому что после создания заповедника и назначения Игоря директором, местные браконьеры и недовольные запретами пытались изжить «новую власть» и сжечь его дом. Кирпичный поджечь сложнее, да и оборону можно держать, если приспичит.


Связи в деревне нет: телефон еле-еле ловит на втором этаже, голосовая связь – по расписанию. Настоящий медвежий угол. Граница, за которой начинается территория заповедника, в нескольких сотнях метров за рекой Нерусса. Пьём чай и укладываемся спать, на утро объявлен ранний подъём – будем снимать лошадей в рассветном солнце.


Домашняя живность Игоря не боится людей и с удовольствием подходит пообщаться, чтобы погладили или угостили. Оставленные без присмотра автомобили тут же вызывают интерес у лошадей: всё нужно осмотреть, обнюхать и даже попробовать на вкус. Буян – самый авторитетный конь в хозяйстве – попытался откусить дворник, но быстро понял, что это не съедобно. А когда подходит Марго (породистый тяжеловоз), земля дрожит не образно, а по-настоящему. Главное – не гладить Марго по животику, а то потом не отстанет и будет требовать ласки.


Отдых отставить! Игорь – по-настоящему увлечённый окружающим миром фотограф, поэтому вечером не чай с мёдом, а выезд с каяком на крыше Соболя на берег Неруссы, чтобы поймать лучи уходящего солнца и познакомиться с причудливыми изгибами реки. Мало кто знает, что многие фотографии живописного водоёма, которыми восхищаются читатели Шпиленка, сняты буквально с крыльца дома – всего в паре километров. И Игорь по-настоящему гордится своим краем.


«Охота» на зубра
Въезжаем в заповедник «Брянский Лес». Это охраняемая территория: нахождение здесь без сотрудника заповедника запрещено, срывать ягоды и грибы запрещено, нельзя даже вывозить распиленные для расчистки дороги брёвна – вся биомасса должна остаться в заповеднике, чтобы не нарушать естественных процессов. Да и сами дороги очищаются не для туристов, а для патрульных экипажей, один из которых возник перед нами словно из-под земли. Убедившись, что мы не нарушители, а фотографы «в законе», патруль уезжает – везёт на кордон задержанного реального нарушителя, решившего пособирать на территории грибы.


Заповедники у многих вызывают негативные эмоции, мол, не дают людям зайти, погулять, ягоды поесть. Но чтобы осознать ценность таких территорий, нужно оказаться в них, увидеть нетронутую человеком природу, сохраняющую вымирающие виды растений, птиц и животных. И хорошо, что заповедники начинают всё больше открываться для экологического туризма, чтобы люди открывали для себя их значимость. Другой вопрос, что тут никогда не будет экстремальных путешествий, соревнований или других развлечений – задачи другие.


«Небывалый Лес» – именно так обозначен заповедник «Брянский лес» в исторических документах. История этого названия исходит из описания «Лес казённый в дачах небывалый», то есть никогда не бывший в чьей-то частной собственности (из описания истории заповедника).


Решение о создании особо охраняемой природной территории датировалось 1959-м годом, но ни к каким результатам это не привело. В течение многих лет в прессе и публикациях обсуждалась необходимость защиты от вырубки территорий по обе стороны реки Неруссы; создавались рабочие группы и велись исследования. Даже при положительном отношении государственных органов к идее создания заповедника, дело долго не двигалось с места.

Официально заповедник «Брянский Лес» появился 14 июля 1987 года.


Надо ли говорить, что приобретённый статус мешал многим «жившим лесом»: как обычным людям, привыкшим собирать грибы/ягоды, так и браконьерам. А следом за образованием заповедника произошёл развал СССР, что привело к долгим годам «становления демократии», отличавшимся не слишком активным финансированием вопросов экологии, да и в целом изменением ценностей и приоритетов.


Сегодня заповедник открыт для ограниченного посещения по разрешениям и в сопровождении инспектора, а для широкого туризма организована 650-метровая «тропа», рассказывающая о жизни заповедника. Есть и музеи под открытым небом: старинных карт края, наличников окружающих сёл и деревень, истории быта и жизни района. Всё это можно посетить бесплатно, приехав на автомобиле к центральной усадьбе. Там же, кстати, можно приобрести сувениры или заказать экскурсию, если захочется не просто погулять.


Мы торопимся успеть на кордон, пока есть шанс увидеть зубров, приходящих туда, где их подкармливают, где они чувствуют себя в безопасности. Зверь не дурак – границы заповедника знает и всегда возвращается в безопасную зону. В этих условиях количество зубров в «Брянском Лесу» уже превысило сто голов, а к нам вышло стадо с телятами возрастом несколько дней, что означает ещё большую прибавку к численности поголовья.


Зубры сначала пугаются гостей, встают стеной перед детёнышами, готовые защищать их своими мощными телами и рогами. Мы располагаемся на смотровой площадке, звери постепенно привыкают к нам и успокаиваются. А когда появляется «Борисыч», везущий тележку с зерном, то и вовсе забывают про нас, переключившись на вкусную подкормку. Мы же, осмелев, начинаем передвигаться и забивать флэшки кадрами, которые просто так не добыть.


Зубры, кстати, как и лошади, освоившись, начинают проявлять любопытство к автомобилям. Хорошо, что не пнули пару раз для проверки, что за звери такие – Соболя. А потом ушли в лес по своим делам, оставив нас ужинать и ночевать. Мы остаёмся в заповеднике, чтобы немного поснимать звёздное небо, а рано утром услышать рёв оленей, разносящийся по девственному лесу. Ночуем скромно – без костра, на обустроенной поляне со столом, но нас это не расстраивает – когда ещё получится вот так слушать зверей, оказавшись у них в гостях.


«Журавлиная песня»

Может быть пора угомониться,
Но я грешным делом не люблю,
Поговорку, что иметь синицу,
Лучше, чем грустить по журавлю.
(Песня из к/ф «Доживем до понедельника»)

Да, и на следующее утро нам не светило понежиться в тёплых кемперах. Пришлось вылезать наружу и забираться на высокий берег реки Десна, чтобы встречать рассвет, надеясь на туман, и ждать взлетающих на кормёжку журавлей. Птицы ночуют на болотах, а утром улетают на поля, где набирают вес перед дальней дорогой на юг. Журавли долетают до Северной Африки, чтобы ранней весной снова вернуться в Россию.


Тумана утром не оказалось, зато было не промозгло, а тепло и сухо. Журавли взлетали вдали, почти недосягаемые нашими объективами, но их курлыкание разливалось вдоль всей реки. С туманом был бы шанс, что журавли начнут взлетать ближе к нам, рисуясь на фоне белой массы, но нам не повезло.


Это в очередной раз подтверждает, что все красивые кадры дикой природы вымучены, выжданы и получаются далеко не с первого раза. Может быть поэтому я и не фотограф дикой природы? Я ленивый – скорее, репортажный (главное, чтобы это не увидели преподаватели кафедры фотожурналистики).


За журавлями не забываем про Соболя. Снять автомобили на высоком берегу на фоне восходящего над лесом солнца... Когда ещё получится?


Мы чаще путешествуем по другим краям, но оказалось, что и в «шаговой» доступности от Москвы можно найти что-то интересное. Пусть без оффроуда, без приключений, но настоящее, ценное и объединяющее. Когда ещё соберутся экипажи трёх таких разных кемперов: ЦМФ Соболь 4х4, грузовой Соболь 4х4 и тяжёлый грузовик Mercedes-Benz Actros 4x4? И приятно, что всех нас собрала дикая природа, которая вот – на расстоянии вытянутой руки.


Про кемперы
Естественно, что совместное путешествие не обошлось без посиделок за обсуждением автомобилей. Традиционно начали с самых маленьких – с Соболей. Обсуждали компоновку, тюнинг, внедорожные возможности и пригодность для различного рода путешествий, научных и фотографических экспедиций. Тем более, что Игорь пересел с грузового Садко 4х4 на грузовой Соболь, пытаясь сложить весь свой скарб для путешествий – пришлось даже купить лодку и мотор более скромных размеров, чтобы не перегружать автомобиль и оставить место для жизни.


И если для наших путешествий Соболя 4х4 оказывается вполне достаточно, учитывая компромисс внутреннего пространства и внедорожных возможностей, но для длительных фотографических экспедиций Игорь снова смотрит в сторону Садко 4х4, но на этот раз в версии Next. Грузовик позволяет взять с собой в два раза больше снаряжения и проехать там, где обычные внедорожники, включая Соболя, будут испытывать затруднения. Это глубокие броды с сильным течением, заваленные лесные дорожки и большие камни. Поэтому, обсудив Соболей, переключились на обдумывание постройки внедорожного кемпера на базе ГАЗ Садко 4х4 Next. Но это уже другая история, который мы обязательно еще коснёмся...



Комментарии
Ваш комментарий
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено

Другие материалы
Грузия: На маленькой, но гордой машине
Сколько раз я зарекался и обещал себе больше никогда не выезжать на старых рыдванах за МКАД...

Toyota Land Cruiser 76: 4000 километров на классике
Отправляемся на Север, продолжаем открывать Коми-край для себя и для тех, кто поедет по нашим следам

За мандаринами
Неожиданно поступило предложение – по-быстрому съездить в Абхазию на новогодние праздники

Дневник путешествия: Kia Карелия
Выезд был почти спонтанным, но мы получили удовольствие и от автомобиля, и от впечатлений!